Двадцать шестого мая состоялась церемония закрытия Каннского кинофестиваля.
Золотая пальмовая ветвь "Жизни Адель" - или, как его назвали для международного проката, "Синий - самый теплый цвет" - решение как минимум смелое с учетом последних выступлений против легализации однополых браков во Франции. Фильм Кешиша был фаворитом критиков и журналистов; после объявления его победителем весь пресс-центр, говорят, разразился овациями. Но предполагалось, что Спилберг во главе жюри станет основным фактором выбора фильма более консервативного - скажем, коэновского "Внутри Льюина Дэвиса", "Прошлое" Асгара Фархади или "Прикосновение греха". Или, быть может, семейных драм "Каков отец, таков и сын" и "Небраска"? Вспомним, как Нанни Моретти во главе жюри фестиваля прошлого года активно выступал против совершенно потрясающих "Holy Motors". Аналогичным же образом и Спилберг в этом году мог наложить вето на получившийся весьма откровенным и смелым фильм, невзирая на его принятие остальными членами жюри.
Этого не случилось.
Призеры фестиваля - субъективный выбор жюри. Ленты, оцененные Спилбергом, Ли, Мунджиу (а последние два сталкивались с тематикой однополых отношений в своих фильмах), могли остаться незамеченными, будь в составе жюри другие режиссеры, актеры и иже с ними. Пальмовая ветвь "Жизни Адель" при пресловутым Моретти во главе угла благополучно перекочевала бы к братьям Коэнам, Фархади или Соррентино. А Рефн при любом раскладе остался бы без награды. Этакий "Антихрист" тринадцатого года разлива. Говорят, визуальное и звуковое совершенство, продемонстрированное в Драйве, на этот раз не оказалось оттененным даже толикой смысла, потонув в кармине крови и насилия.
Парадоксально: в то время как миллионы французов выходят на площади с перечеркнутыми радужными флагами на транспарантах, главный приз самого престижного в мире кинофестиваля, горницы живых классиков и шедевров, культурной жемчужины Франции, средоточия творческой интеллигенции решением неангажированного жюри - которое в течение двух недель находится в минимальном контакте с внешним миром, простирающимся за пределами Канн, - присуждается картине про любовь двух молодых женщин. Попади Спилберг с компанией на улицы Парижа во время одного из подобных митингов, забросали бы и избили - даже не сомневайтесь.